|
БЕТОН и сам уже четыре раза от начала до конца прочитал газету, разгадал кроссворд, три раза ходил в бар пить омерзительный кофе, пять раз прошелся вдоль витрин с сувенирами, хотя ничего и не собирался покупать: ни шоколад, ни складной нож, ни куклу в вышитом национальном костюме. Если бы наши девочки были поменьше, насколько проще было бы  все: три куклы, три пестрые блузки, три коробки шоколадных конфет. И еще были бы рады. И мне бы в голову не пришло садиться за карты, когда возникли эти двое внешторговцев: один — тощий очкарик, другой — краснощекий толстячок.
— Венгры? Угадал? Ожидаете вечерний малевский рейс?
— Да,— ответил бетон.
Строительная техника недовольно замотала головой, отказываясь от приглашения поиграть в карты. Просто невероятно, и после тридцати лет нашего супружества на любое предложение ремонта первым делом отвечает «нет», «зачем?». Ох уж эта мне ее замкнутость, стремление жить, втянув голову в плечи... ну вот и втянули, вот и сидим. В общем, бетон набрал воздуха в легкие и брякнул: да, конечно, колоссальная идея, отчего же не сыграть... трефы раз, трефы два... отдадим и накажем? И разумеется, четыре без козырей и пять? Нет, нет, записывать будем не по круговой системе, бетон о ней слышал, но не знаю ее, и давайте подсчитывать не очки, а взятки, как учит старик Кальбертсон 1...
— БЕТОН не играю,— как всегда недовольно и в то же время нерешительно проворчала Илон-ка. Но эти внешторговцы пристали — не отвяжешься.
— Ну, начали? Сдавайте, сдавайте поскорее! — торопил очкарик, и вот мы добиваем уже четвертый роббер. Познакомились буквально «по ходу дела». Очкарик, кажется, буркнул: «Перьеш». Толстый — не то «Строительство» не то «Матаи». Какая разница. Строительная техника, правда, показав на меня, отрекомендовала по всем правилам:
— Мой муж, доктор Строительство Хорват, экономист.— И добавила:—Ладно, тогда уж мы с ним будем в паре.
Карта мне все время не шла: бетон всего только раз решился «торговаться» и то остался «без двух».
|
